Stolica.ru
Реклама в Интернет

Научный Ресурс для Преподавателей, Студентов и Профессоров.

 

ПОХОЖИЕ И РАЗНЫЕ
"…НЕВИДИМАЯ ДВИГАТЕЛЬНИЦА ВСЕГО, ЧТО СОВЕРШАЕТСЯ НА ЗЕМЛЕ"

Любовь Владимировна Серова - ведущий сотрудник Института медико-биологических проблем РАН - известна у нас в стране и за рубежом как крупный исследователь в области космической биологии. Уже более пяти лет Л. В. Серова регулярно выступает на страницах журнала "Наука и жизнь". Ее статьи, посвященные морали, нравственности, воспитанию и, наконец, судьбе человека, особенно интересны тем, что автор подходит к теме и как ученый-физиолог.
Никакие исследования не в состоянии так полно и ясно представить всю историю русской земли, как история русской женщины, если бы история эта могла быть обстоятельно разработана; но, к сожалению, женщина, невидимая двигательница всего, что совершается на земле, по врожденной ей скромности, как бы прячется от взоров истории - то в недоступном никому семейном святилище, то в монастырской келье, то в детской, с питаемыми ею будущими деятелями.

Д. Л. Мордовцев. Замечательные исторические женщины на Руси. - СПб., 1911.
Женщины живут дольше мужчин. В последние годы, по данным социологов, различия в продолжительности жизни представителей "слабого" и "сильного" пола в нашей стране стали особенно большими - 13 лет! Причины этого ищут в напряженности мужского труда, в алкоголизме и других неблагоприятных внешних воздействиях. На самом же деле такие различия свойственны не только человеку. Они общебиологические. Дж. Гамильтон в обзоре литературы, написанном более пятидесяти лет тому назад, приводит сведения о смертности полов у животных разных видов - от круглых червей до млекопитающих - и человека. У 62 видов (а обследовано было 70) продолжительность жизни самцов оказалась меньшей, чем самок.

Любопытные расчеты приводит исследователь Б. Ц. Урланис в книге "Эволюция продолжительности жизни". Если коэффициент смертности женщин принять за 100, то для мужчин в возрасте 20-24 года он будет равен 287, в возрасте 30-34 - 307, а в 50-54 - 240. Один из крупнейших геронтологов В. В. Фролькис пишет о том, что у мужчин раньше начинает прогрессировать атеросклероз, возникают грубые нарушения кровоснабжения сердца и мозга. Смертность от инфаркта миокарда у мужчин в возрасте 40-49 лет выше, чем у женщин, примерно в семь раз, в 50-59 лет - в пять раз, а в 60 лет и старше - в два раза.

Столь серьезные различия в общей устойчивости и продолжительности жизни мужского и женского организмов зависят, очевидно, от особенностей обмена веществ, нервной и гормональной регуляции. Значительную роль здесь играют половые гормоны: известно, что у мужчин в больших количествах синтезируются андрогены, у женщин - эстрогены. Полагают, что эстрогенам принадлежит своеобразная защитная роль, при том не только у женщин, но и у мужчин, у которых эстрогены также содержатся в определенном количестве. Введение эстрогенов может "смягчить" течение ряда заболеваний. Опыт, например, показал, что после удаления яичников самки мыши реагируют на эфирный наркоз аналогично самцам, но если ввести кастрированным самкам эстрадиол, то восстанавливается нормальная, типичная для них реакция.

Естественно предположить, что основу разной половой устойчивости животных надо искать в генетическом аппарате: в мужском наборе отсутствует вторая Х-хромосома. Однако интересно отметить, что и те виды, где самцы гомогаметны, то есть имеют одинаковый с самками набор половых хромосом (некоторые птицы, бабочки), также не избежали повышенной смертности, свойственной особям мужского пола.

Известный российский биолог В. А. Геодакян, обсуждая различия в смертности самцов и самок, рассматривает их как "активное средство, повышающее эволюционную устойчивость". По его концепции, мужской пол в основном передает поток информации от среды к популяции (экологический компонент), а женский - от поколения к поколению (наследственный компонент). В повышенной смертности самцов В. А. Геодакян видит "плату" за новую информацию об изменениях среды, получаемую популяцией. Женщины несут в себе консервативное начало - в самом хорошем смысле этого слова. Они как бы дают возможность мужчинам первыми разобраться в новых веяниях и новой информации, а затем подводят итог, выбирают все лучшее. (Подробно об этом идет речь в недавно опубликованной статье В. Истрина "Катастрофическая половая пропорция" - "Наука и жизнь" № 11, 2003 г. - прим. ред.) Оглянемся на XIX век. Кажется, что женщина слепо следует за мужчиной: если он думает о дворцовых интригах, она становится интриганкой, если он танцует на балах, она ничего, кроме балов, не хочет знать, но если он идет в ссылку, она следует за ним… Однако в конце концов именно женщина старается передать все лучшее от поколения к поколению, воспитывая детей, и мальчиков в том числе.

"Женщина во все времена служила как бы барометром, по которому можно определить степень подъема или упадка общественного духа и направление общественных симпатий, - пишет Д. Л. Мордовцев. - Где женщина как бы невзначай появляется, там по ее проявлениям можно смело судить, что таково было господствующее направление эпохи, каким его отражает в себе женщина, и что направлением этим она же, невидимо для мира, и руководила, выражая собою знамение времени".

Русской истории не занимать имен замечательных женщин, определявших судьбу народа. Вспомним княгиню Ольгу, Марфу Посадницу, Софью Палеолог, царевну Софью, Екатерину Великую… "Как бы невзначай" оказывается на русском престоле Елизавета, которую, хотя она и дочь Великого Петра, никто не готовил к этой роли. Но случайно ли именно при ней были основаны первый русский университет (в Москве), первая гимназия (в Казани), академия художеств, был создан театр? При Елизавете родилась новая русская литература - Ломоносов, Сумароков, Княжнин, Херасков. При ней появились и женщины-писательницы.

Война, конечно, не женское дело. Но наступает критический момент, и появляется Жанна д'Арк. И оказывается, что и на поле боя, и в нечеловеческих страданиях она, как ни грустно, превосходит мужчин. "Русской Жанной д'Арк" называли сибирскую крестьянку Марию Бочкареву, ставшую солдатом в начале Первой мировой войны. "Дух жертвоприношения вселился в меня. Моя страна звала меня" - так объяснила она свой шаг несколько лет спустя. Мария оказалась храбрым солдатом. Ее боевые подвиги отмечены полным бантом Георгиевских крестов и офицерским званием.

При Временном правительстве Мария Бочкарева создает женские батальоны. Один из современников в дневниковой записи оценивает это начинание как полезное "не потому, чтобы сия армада могла принести какую-то пользу на фронте, но как демонстрация, живой укор: вот до чего дошла Россия, если бабам приходится браться за оружие". А. И. Деникин, наблюдавший один из женских батальонов в бою, писал: "Женский батальон… доблестно пошел в атаку, не поддержанный "русскими богатырями". И когда разразился кромешный ад неприятельского артиллерийского огня, бедные женщины, забыв технику рассыпного строя, сжались в кучку - беспомощные, одинокие на своем участке поля, взрыхленного немецкими бомбами. Понесли потери. А "богатыри" частью вернулись обратно, частью совсем не выходили из окопов". Конец Бочкаревой был трагичен (хотя смерть и была "более легкой", чем у Жанны д'Арк): ее расстреляли в 1920-м, на 32-м году жизни…

Науку тоже многие считают делом не женским, но кто подсчитает, сколько черновой, и не только черновой, работы сделано в ней женщиной. В статье "Возможна ли карьера женщины в российской науке?", опубликованной недавно в "Вестнике" Российской академии наук, ее автор С. В. Сычева приводит любопытные данные: доля женщин в российской науке сейчас колеблется от 40 процентов в физике до 80 процентов в гуманитарных науках. При этом руководителями остаются в основном мужчины. Работа - пожалуйста, карьера - с трудом, а выше заведующей лабораторией - редко. Более того, если женщина-научный работник создает что-то по-настоящему интересное, часто начинаютс я разговоры, что это она не сама, кто-то ей помог (родственник, хороший знакомый и т. д., но, конечно, мужчина). Так было всегда.

Рассказывая об одной из первых русских писательниц - Елизавете Васильевне Херасковой (жене известного литератора M. М. Хераскова), Мордовцев вспоминает реакцию популярного тогда публициста и писателя В. Н. Майкова, говорившего: "Хорошо, весьма не худо, да вот беда: за жен мужья, за дщерей родители. Хераскова щегольская барынька, да если б писать ей, то у мужа не было бы и щей хороших; он пишет, она пишет, а кто же щи-то сварит?" А она все успевала - и щи варила, и писала, обладая талантом. И не она одна…

Иногда приход женщины в науку оказывается непрямым и неожиданным, как, например, у жившей в конце XVII - начале XVIII века Марии Сибиллы Мериан. Происходившая из династии немецких граверов, она начала с живописи, с эскизов растений. Потом увлеклась идеей изменчивости и обратилась к миру насекомых. Изучала насекомых Европы, Ост-Индии, Южной Америки. Написала и "нарисовала" книгу "Метаморфозы суринамских насекомых".

Мало кто знает, что Любовь Дмитриевна Менделеева, жена Александра Блока, была не только музой замечательного поэта, хорошей актрисой, а в Первую мировую войну - сестрой милосердия, но и исследователем, выдающимся историком балета. Именно так называет Любовь Дмитриевну В. М. Гаевский в предисловии к ее книге "Классический танец, история и современность", вышедшей в 1987 году, через 48 лет после смерти автора. "За пять лет Л. Блок успела сделать столько, сколько обычный искусствовед может не успеть сделать за целую жизнь, - пишет Гаевский. - Есть что-то блоковское в этой стихии, захватившей Любовь Дмитриевну целиком и пробудившей в ней, больной женщине, переступившей порог пятидесяти лет, дотоле дремавшие творческие силы".

Но в стиле книги есть и что-то менделеевское. Недаром, определяя свой метод анализа и представления материала, Любовь Дмитриевна цитирует своего великого отца: "Людскому уму мало одних частностей: необходимы сперва систематические обобщения, т. е. классификация, разделение общего; потом нужны законы, т. е. формулированные соотношения различных изучаемых предметов и явлений; наконец, необходимы гипотезы и теории или тот класс соображений, при помощи которых из одного или немногих допущений выясняется вся картина частностей во всем их разнообразии. Если еще нет развития всех или хоть большей части этих обобщений - знание еще не наука, не сила, а рабство перед изучаемым. А потому не бойтесь обобщений".

А женщины-подвижницы, сестры милосердия? Сколько жизней они спасли, сколько добра принесли в мир и сколько страданий претерпели сами! Имена многих из них на слуху, другие безвестны. Среди них - тетя Любови Дмитриевны, старшая сестра ее отца, Аполлинария Менделеева. По воспоминаниям близких, ее вера и нравственные принципы поднимались до святости. Сама имея очень мало, она все, что зарабатывала шитьем, отдавала тем, кто нуждался больше нее, шла к больным в любую погоду, даже когда уже была больна. Удивительно письмо, написанное ею незадолго до смерти. 28-летняя женщина, знающая, что умирает, не плачет, не жалуется, а находит в себе силы, чтобы пожалеть родных.

26 декабря 1847 года.

"Не сетуйте на меня, мои друзья, что мало пишу. Господь, посетив меня болезнью, даровал много радости духовной; я благодарю Господа и предаю себя его Святой воле. Прошу одного терпения. Грустно за милую маменьку и всех вас, родные мои. Но прошу одного, не сетуйте на меня, а со мною грешною молитесь Господу и его Святой Матери. В самой болезни, тяжелой для меня, я спокойна в сердце и весела…

Много теперь расходов на меня в аптеку.

Благодарю за терно на платье. Пришлите полакомиться карамели - малиновой".

Она умерла 12 января 1848 года, через две с небольшим недели после этого письма. "В день похорон народу в церкви и за валом было столько, что многие не могли проститься… Соборные певчие пели "Коли возлюбленны селения Твоя", и вся церковь плакала…" Не было человека, которому эта, так рано ушедшая из жизни женщина не сделала бы чего-то доброго.

Об интересной концепции В. А. Геодакяна я уже говорила в начале статьи. Он считает женский пол основным и потому более устойчивым, а мужской - экспериментальным, более подверженным изменениям. По его образному выражению, "оберегая женщину, Творец не позволяет ей рисковать". ("Творец не позволяет", но общество ее не щадит - так было всегда, а сегодня, кажется, особенно.)

Занимаясь много лет изучением репродуктивной функции млекопитающих в экстремальных условиях, я пришла к заключению, что при действии самых разных неблагоприятных воздействий на систему мать - плод благополучие плода (полное или хотя бы относительное) достигается ценой серьезных изменений в организме матери. Например, в эксперименте, проведенном нашей лабораторией в 1983 году на биоспутнике "Космос-1514", белые лабораторные крысы, отобранные для космического полета, находились от 13-го до 18-го дня беременности (беременность у крысы длится 22 дня). В день завершения полета количество живыx новорожденных у пoдoпытныx животных оказалось таким же, как в контроле. По массе тела, развитию скелета и другим признакам они лишь немного (в пределах 10 процентов) отличались от контрольных. Но за все это "заплатили" матери-крысы серьезными изменениями обмена и гормонального статуса. Обобщенным выражением этих изменений стала задержка прироста массы тела у самок подопытной группы на четверть собственной исходной массы. И это всего за пять дней космического полета!

На время беременности, становящейся серьезной функциональной нагрузкой для материнского организма, женщине нужен большой "запас прочности", который ей (в сравнении с мужчиной) дан природой, но который не всегда, к сожалению, в целости "доносится" до беременности. Чтобы сохранить нацию, обществу нужно много здоровых, спокойных, счастливых женщин, имеющих высокие компенсаторно-приспособительные возможности, формировать которые надо не накануне беременности, а с рождения и даже до него.

Предвижу чисто мужской ответ: пусть сидит дома и не мешается под ногами. Но как физиолог могу с уверенностью сказать, что это не сделает женщину счастливее и здоровее, даже в тех случаях (увы, не так уж частых), когда зарплата мужа позволяет сидеть дома. Женщине нужны любовь, забота (в конце концов - это забота о будущем рода и нации в целом!), уверенность в себе, увлечения и маленькие радости, которые в наши дни она зачастую находит только в работе. Да и обществу нужен женский труд: учителя, врачи, редакторы (обычно не главные). Где же на все эти должности набрать мужчин?!

А женщина, работая и достигая высот, на которые ее допускают мужчины (народная артистка, доктор наук и даже, страшно подумать, депутат), остается матерью, хозяйкой, доброй подругой и даже автором статьи с названием "На грани нервного срыва" - о том, как трудно живется мужчинам (Анастасия Нарышкина, "Известия", 23 июля 2003 г.). Она искренне, по-матерински их жалеет, а в это время депутат мужчина прилюдно таскает за волосы депутата женщину. И остается на своем месте. А Творец, которому все труднее и труднее оберегать женщину, с грустью смотрит на всех нас…